mne ponravilos. statija dlinnaja mozhno chitat po chastiam.

"САМООБОРОНА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРИЯТНЫМ ХОББИ!

Надо раз и навсегда разделить по разным углам души и кошелька свои увлечения и любимые игрушки - ножики, ружья, пистолетики, камуфляжики и фонарики - и самозащиту, применение силы и оружия в алармовой ситуации. Хобби в виде тренировок,.."


viper-ns.livejournal.com/46598.html


5. Женское воспитание, или "Освобожденный от физкультуры". А также что носить для самообороны.

"Драться нехорошо!" - кричит воспитательница в детском саду и жалуется маме. Драться нехорошо! кулаками ты ничего не докажешь - школа... "Он болезненный ребенок!". Нелепые стычки в подростковом возрасте, немножко мирного спорта без достижений, в армию - низя, только ВУЗ - и наконец работа. Так появляются люди, неспособные пробежать три километра и не умереть и жмущие лежа 30-50 килограммов. Которые потом даже на форуме, посвященном "самообороне" повторяют вслед за мамой что "драцца нехорошо".

захотелось мне почитать свой гороскопчик на след. год, поискала по-фр., почти везде денежку просят - коммерсанты. Но если есть, что почитать, то начинается словами: "в этот раз вам будет сопутствовать Юпитер...", что, как не говорите, успокаивает уже размерами Юпитера и вызывает положительные эмоции и настроение.
русский инет славится халявой, - денег не просят. Но и положительных эмоций не дождалась, сразу обухом по голове: "ваш знак самый последний на след. год в списке, и не ждите ничего многобещающего..." А как же Юпитер? - Присутствует, но не ждите!
яркий такой примерчик разницы двух менталитетов.

В субботу мы съездили в Нормандию - к морю. Два с половиной часа дороги - вот она несправедливость - быстрей из Парижа до моря не доедешь.

Там дует ветер - продувает, выдувает чёрные мысли, и не видно зимы - изумрудные поля до самого скального обрыва. И только вот терновник узнаёшь по колючкам, смутно помня, что должны ещё быть мелкие белые цветы.

Главный цвет - зелёный - цвет приморского декабря.

И люди в гидрокостюмах прыгают на волнах, и погружают в эту пенистую радостную холодную воду голые лица.

У нас было всего три часа светлого времени - полтора часа по тропе - море справа, полтора - море слева. И резкие тени на траве.

Странное дело - маленькие милые уютные городки, человечьи поселения, тот же Этрета, где мы бросили машину, где кокетливые дома начала двадцатого с башенками, и несколько резных деревянных 16-го, и ресторанчик у пляжа, где мы ели хрусткие блины, запивая их сидром, радуют только после того, как пройдёшь ногами несколько часов, тогда чашка горячего кофе в заслугу, в награду, а если приедешь на машине, повертишься по улицам - внутри образуется странная пустота не вполне состоявшегося дня.

Ну, а море - море - море, и в поле наперегонки бегущие мохноногие тяжеловозные мама и сын - какой же это лош - это попросту маленький мохнотун, и скрип песка, и смачный хлюп волны и этот выдувающий горести ветер - есть городок, нету ли - только вот идти, да идти, да пытаться сложить эти отпечатки на глазах в правильный пазл, строка к строке - голые ветки, зелёная трава, жалкие декабрьские розы, дребезжащие под ветром натянутые поперёк улиц ёлочные гирлянды, и мокрые холодные широколиственные водоросли, распластавшиеся на блестящей гальке.

В доме - новогодняя дача - все пьют, едят, болтают - одновременно и порознь - то бутерброд, то ужин, то водка, то вино, то коньяк, то кампари. Два стола составлены вместе - нас минимум 7, но часто 8, 9, 10. По прихожей гуляют башмаки - будто мы сороконожки.

И ёлка, мигая разноцветными лампочками, укоризненно обтрясая иголки, когда мимо неё протискивается очередной слонопотам, глядит на нас - но стоит поднести аппарат, -стесняется, скукоживается, и волшебное заключённое в ней свеченье, отсылающее к миллионам других сияний, ко всем портативным вечностям, которых у всех набирается за жизнь, не желает проявляться в кадре. И я, как каждый год, неутомимо бегаю вокруг неё кругами - ёлочка зажгись...

А она глядит на заоконный тополь, может быть, даже завистливо - его всё-таки ждёт весна, а не оборванные иголки, лифт, помойка. Остаётся только уповать на то, что душа новогодней ёлки - одна на всех, и у той, что у Нотр-Дам, и у той, что у Святого Петра, и у тех, что папа 31 декабря много лет подряд вытаскивал из-за окна на 6-ой линии Василевского острова, где они висели с неделю на морозе под снегом и ледяными дождями - как повезёт, притороченные верёвками, и в комнату вместе с еловым запахом на минуту входил холод.

Каравай-каравай, кого хочешь, выбирай



( Read more... )

Всё-таки синие огоньки на ёлке у Нотр-Дам, синие мигающие лампочки на собственной ёлке, отражённые в тёмном окне, запах горячего с корицей вина на рождественском базаре на Елисейских полях, смачное хлюпанье холодного дождя, жёлтые листья на берёзе, дрожащие в нашем лесу, пещера, тёплый бок серого ослика и нежное, пахнущее сеном, дыханье вола, замёрзший Бах на флейте у Лувра, медная труба на моей ёлке и шарик, который я каждое Рождество фотографирую - прозрачный, голубрватый, на нём заснеженные сахарные крыши и жёлтые окошки - он не даётся, - тук-тук, кто в домике живёт,- и в раме окна он едет куда-то, в будущий новый год, - стучат колёса, - дом, купе, красные паровозные колёса - мимо тополя, мимо сорок-белобок с сияющими хвостами, и падают в огромном прозрачном шаре серебряные капли, и остро наточенный месяц - не дотрагивайся - отхватит руку, а то и голову, висит за окном.

Прощальная песенка моего аппарата

Tags: Медон, поздравительное

В город




( Read more... )

yelenalewis.co.uk/Scrunched.html

Меня недавно заинтересовало по разным, косвенно связанным с литературой причинам, что пишет Дмитрий Кузьмин - человек, ведающий издательством НЛО, в котором выходят бесплатно (не за счёт авторов и не за счёт полученных авторами грантов, что нынче почти неслыханно) поэтические сборники людей, живущих вне России.

Надо сказать, что выходили в НЛО стихи самые разные - от, с моей точки зрения, практически графоманских до превосходных - неизбирательно.

Судя по тому, что о Кузьмине пишут, он - активный участник современной русской литературной жизни.

Первое, на что я наткнулась в сети, это его переводы из Чарльза Резникофф.

В собственном кузьминском предисловии прочитала о Резникофф "Есть такой тип писательской судьбы: теневой классик.". Потом в том же предисловии "русской поэзии пригодился бы его опыт — опыт принципиальной антидекларативности, пафос свидетеля, всего лишь расставляющего мелкие и в то же время решающие дело акценты. Опыт исследования того минимального вмешательства в обыденную речь, которое вдруг заставляет ее обернуться Искусством."

Прочитала сами стихи. К примеру:

Мы не слышали шагов в прихожей.
Она появилась
внезапно, как радуга.

И много других произведений, написанных в столбик.

Поискала стихи самого Кузьмина.

Вот к примеру:

Пришел на дискотеку
слишком рано
(дома не объяснишь ухода
заполночь)
все пять мест свободны
у стойки
можно расположившись на
крайнем
спиной к стене, положить ногу
на второй табурет
десять минут двадцать
никого
только бармен в черном
проносит
с крупной надписью Fragile
коробку
между затяжками зеваешь
прикрывая рот
узкой ладонью с торчащей
сигаретой
музыка играет
никого
и ты вдруг срываешься
в освещенный
красной лампой сортир
к зеркалу
вспомнив что надо
замазать
из купленной со стипендии
баночки
едва заметное пятнышко
на подбородке...

Заинтересовал меня целый ряд вопросов:

1. Когда и почему неструктурированная банальность стала считаться искусством.

2. В какой мере в существовании в современной литературе банальности именно этого рода проявляется некая несвойственная литературе прошлых времён демократичность

3. Давно интересовавший меня в связи с живописью вопрос: тождественность понятия "искусства" называнию чего-то искусством. В применении к поэзии речь идёт об отчуждении от простой функциональности. Вот скажем, разговор за ужином не является искусством до тех пор, пока не отчуждён, не записан. А если ставим диктофон, а потом с него переводим на комп и наконец печатаем в литературном журнале, то получается не разговор, а стихотворение.

4. Сыграла ли роль в приходе в Россию этой формы поэтического творчества глухота к английскому языку. Если почитать по-английски произведения Charles Reznikoff, то они, хоть и очень примитивны, всё же не лишены структуры и звучания - каких-то аллитераций, звуковых и ритмических перекличек.

Вот например:

I saw within the shadows of the yard the shed
and saw the snow upon its roof—
an oblong glowing in the moonlit night.

I could not rest or close my eyes,
although I knew that I must rise
early next morning and begin my work again,
and begin my work again.

That day was lost—that month as well;
and year and year for all that I can tell.

И наконец последний вопрос: а кто читатель неструктурированной банальности? В принципе, вполне понятно, что на сегодняшний день читателей меньше, чем писателей - это естественное следствие предельной демократизации искусства и отсутствия иерархичности - каждый может сам себя обеспечить культурной продукцией. Но всё же - есть ли у этой продукции какой-то читатель, не связанный непосредственно с литературным процессом, или мы имеем дело с неким литературным рынком, существующим исключительно внутри себя.

Мечты сбываются — я когда-то предлагал встраивать проектор в легковушки, чтобы можно было во время долгой дороги пристроиться за белым грузовиком и смотреть кино, не отвлекаясь от дороги.
tema нашёл другое применение этой же технологии :-)
Женщинам и детям не рекомендуется обращать внимание на номерной знак грузовика (и как в романе Ерофеева, все женщины и дети немедленно открыли главу № 9 и прочитали только её).

Tags: startup